Захотелось почему-то написать именно этот материал... Пора уже хоть немного попытаться отобразить то, что происходит на душе, которая уже, если ещё не сгорела дотла, то заметно погорела… Да и праха её уже наверное не соберёшь в горстку… его ветром разнесло далеко-далеко… туда, куда возврата нет. Как хочется тишины… Я сама уже начинаю боятся своих мыслей: хочется сидеть в четырёх стенах одной, сесть на подоконник открытого окна и просто смотреть вдаль… Даже слёз уже не осталось. Исчезли вместе с улыбкой. Всякий раз спасаю свой подбитый корабль курсом на то, что слёзы горю не помогут – надо бежать, ведь, по сути, что такое жизнь? Бег на длинные дистанции. Второе дыханье. Но, почему сейчас то, что когда-то вдохновляло на фразу «Ничего, завтра новый день – завтра всё вернётся на свои места», воспринимается концом каких-то надежд. Крушений всего, чем живёшь и всему, чему веришь. Всё-таки как не крутись, время помогает залечить раны, так как жизнь дарит новые обороты и ситуации, поэтому, если б мы жили долго с одной душевной болью, то в нашем сердце не хватило б места для второй, третей, десятой... Абсолютно счастливых людей не бывает – это уже закон. У каждого свои боли, потери, воспоминания, слёзы… А чем дальше их в себе несёшь, чем дальше пропитываешь свой мозг запахом этого тяжелого багажа, тем больше теряешь вообще смысл жизни. А какой вообще прок-то от неё? Всю жизнь бежишь кроссы на выживание, пытаясь опередить оппонентов, помочь добежать другу, поставить подножку врагу… Бежишь, устаёшь, но всё равно бежишь с железной вывеской в мозгах: «Ну, я ведь сильный! Как же на меня посмотрят, если я остановлюсь?». И такие мысли крутятся в голове у каждого, вот и получается такая спираль вечности. Лишиться своих принципов игроки не могут, а бежать надо, потому что бежит толпа. К сожалению, боль бывает слишком острой. И я уже убедилась в том, что лучше испытать невыносимые физические муки, чем стать жертвой муки души. Потому что, как не крути, в первом случае можно перетерпеть, а потом с улыбкой возвращаться в Жизнь, снова смеяться, любить, радоваться каждому дню и лучу весны… Во втором случае, Жизнь превращается в стеклянную клетку. Точно, как во сне, что снился когда-то давно в детстве. Будто вокруг меня огромная площадь, миллионы людей, шум, звук проезжающих машин, да в конце концов – какая-никакая природа города – птицы, деревья, цветы… А я не могу до это всего дотянуться, так как я отделена от этой процессии стеклянным занавесом и, как не бьёшь гладкую поверхность, вырваться на свободу нельзя. Когда моя боль достигает самой высокой шкалы, я начинаю писать письма. Даже трудно определиться в самой себе: зачем они, куда они и, в конце концов, кому они… Просто пишу. Потом, когда боль немного утихает, перечитываю написанное, сгибаю листок и небрежно выкидываю… То, что горит в душе – не должно жечь бумагу. Странная непостижимость жизни… Начался сильный ливень, поэтому мне пришлось слезть с окна. Я посмотрела на исписанный красным гелем лист, вытерла слезу, но в этот раз написанное не выбросила… Постояв ещё пару минут в полной тишине, я надела будничную улыбку и, с гордо выпрямленой спиной, вышла из квартиры. Природа, видно, была тоже не в лучшем расположении духа. Дождь потоком стекал по мокрым волосам, лицу и одежде. Я даже улыбнулась. Когда плачут все – не плачет никто…

Помнится, года два-три назад, пробравшись за кулисы Дворца Украины, в котором только что дали дуэтник Леонид Агутин и Анжелика Варум, я подошла к «Вишне» с немудреным вопросом: «Какой Ваш девиз?». На что госпожа Варум, не задумываясь, ответила: «Каждый день – праздник! Так жить легче». … 31 декабря, 1996 год. Папочка отправился в магазин «Днепр» (кажется, он так назывался), чтобы приобрести продукты строго по маминому списку. Помню, как он шумно одевается в прихожей, вешалка с-под пальто ударяется об шкаф, мама шепчет «Можно потише? Ребёнок только уснул!». Папа ворчит (что-то про неудобный шкаф), выходит из квартиры, громко хлопнув дверью. «Я ведь прошу!» - мама выходит из себя, потом на цыпочках приближается к моей комнате. Мне всего пять лет (шесть исполнится через 23 дня). По дерзкому ненавидящая «тихий час», я скакала по дивану, представляя себя всадницей на белом коне. Понимая, что мама уже опускает ручку двери, я мигом нырнула под одеяло и закрыла глаза. 31 декабря я была обязана спать, чтобы потом мне разрешили со взрослыми праздновать Новый год. Мама, убедившись, что дочь «мирно спит», отправляется на кухню – крошить салат. Я же встаю с дивана, провожаю папу взглядом в окне и, услышав, что мама смотрит на кухне «Чародеев», мигом перебегаю в зал, к ёлке. Есть ли подарки? 31 декабря они появляются чуть реже каждого получаса… Есть, есть подарочек. Набор «LEGO» и приколка со Спящей красавицей ярко-красного цвета… Схватив коробку с конструктором, я бегу обратно к себе в комнату. Распечатываю, строю аэропорт. А потом тихо-тихо включаю телевизор на «Первый национальный» (ОРТ). «Если снежинка не растает, в моей ладони не растает, пока часы двенадцать бьют…» - и засыпаю под любимый кинофильм… Прошло много лет, но любовь к праздникам остаётся. Наверное, это чувство залаживается ещё в раннем детстве, когда каждый праздник был нечто долгожданное и заветное, а, главное, тут со мной многие согласятся, беззаботное… День рождение ассоциировался лишь с горой подарков и разноцветных открыток, праздничным застольём, где каждое слово (о, блажь!) характеризовало именинника наилучшими эпитетами… Сейчас, спустя годы, День рождение – это двухдневная готовка, бессонница с мыслями: «Господи, ещё один год… старею», затем сильно пьющая компания друзей, потом груда немытой посуды, которая плавно перетекает в новую бессонницу… Теперь уже, будучи взрослым человеком, 31 декабря представляется иначе. Теперь, небось, «тихий час» мне бы полюбился… День проходит в вечном каламбуре между магазином и кухней, сказками для младшего брата и (Господи, спасибо!) «Чародеи» посмотреть удаётся, лишь благодаря приобретённому ДВД-диску… И, пожалуй, я поняла ещё одну истину: в детстве всегда хочется получить подарков больше, нежели сейчас. Ещё лет десять назад я могла умудриться написать Деду Морозу список, длинной в комнату, и надеяться на осуществление всего придуманного. Сейчас же, кроме двух-трёх действительно нужных вещей ничего в голову не лезет… То не нужно, это тоже… А то, что нужно (например, раритетные советские фильмы или книги определённых, горячо любимых авторов), под силу найти лишь мне одной. Да и термин «праздник» в детстве раскрывался немного иначе. Вспомните, начальные классы старшей школы. «Обожаемая» училка не пришла на урок – уже праздник. Было абсолютно всё равно, что у неё произошло (поднялась температура, случилось какое-то жизненное ЧП и т.д.), главное, что проведение занудного урока сегодня не будет! Чем не праздник? Помню, ещё свои старые записи в личном дневнике: «N не пришла к нам на урок. Всю пару мы проиграли в карты, веселились, горланили и прыгали от радости, что q сегодня в расписании нет…» Проходят годы. Сознание меняется. Теперь не проведённый урок к праздникам никак не относится. Ну, нет, так нет. Обычное явление: без слёз и без радости. Если не поставят замену, то всю пару проведём в компании, то время пролетит довольно быстро. Так за что прыгать? Но, как бы не менялись поколения и, как бы не эвалюционировало наше сознание, праздник - это ПРАЗДНИК!